![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif){kind=small}
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
miramНайдено выступление Г.Тевзадзе "Мартин Хайдеггер и философия в Грузии" на международном семинаре по Хайдеггеру в Минске в 1996 году. Избранная хронология:
1931 -- первая книга грузинского философа о Хайдеггере (Шалва Нуцубидзе, "Философия и мудрость", по-немецки, изд. в Берлине).
1941 -- проф. Бочоришвили (Кутаиси) цитирует в своей статье Хайдеггера. Отделывается выговором по партийной линии.
1962 -- выходит "Экзистенциализм" К.Бакрадзе, по-грузински, о Хайдеггере par excellence.
1968 -- в Институте философии АН Грузии начал работать семинар по изучению "Бытия и времени". Попытки перевода книги на грузинский. (К началу 1980-х перевод "давно готов", но выходит, при содействии католикоса Илии II, только в 1989-м.)
1972 -- сразу два грузинских перевода "Что такое философия?".
1975 -- грузинский перевод работ Хайдеггера о Гёльдерлине.
И так далее; подробно -- .
Философское мышление в Грузии, по свидетельствам греческих мыслителей Фемистия (317-388) и Либания (314-393), свою историю начинает с IV в. Несмотря на все превратности судьбы маленькой страны, в развитии ее культуры можно проследить определенную закономерность в соотношении традиции и новации. Традицию определяла неоплатоническая философия в двух ее вариантах: в ареопагитском (в рецепции Ефрема Мцире. XI в.) и прокловском (в понимании Иоанэ Петрици. Начало XII в.). Глубинное родство мышления Хайдеггера с неоплатонизмом определило масштабы его влияния на философию в Грузии, а переводы неоплатонических текстов в XI и XII вв. облегчили трудную задачу переводчикам М.Хайдеггера.
Влияние Хайдеггера на современную грузинскую культуру огромно и благотворно. Со времен выхода первой книги, в которой грузинский философ Ш.Нуцубидзе сопоставлял свою позицию с хайдеггеровской, прошло 65 лет. Книга Нуцубидзе называется "Философия и мудрость". Она была издана в Берлине в 1931 г. и явилась продолжением первой книги того же автора "Истина и структура познания", также изданной в Берлине на немецком языке в 1926 г. Алетеиология Нуцубидзе анализировала специфическую сферу истины, которая находится между Бытием и мышлением. Она хотела избежать, говоря словами автора, как одностороннего идеализма, так и одностороннего материализма. Мудростью Нуцубидзе называл практическое применение философии как знания мира, с целью его усовершенствования. Он старался доказать, что критика Хайдеггером онтологических учений в работе "Сущность основы" (1929) неприменима к алетеиологии, так как она тоже направлена против онтологизирования (1.6).
В работах опубликованных на грузинском языке опасно было не считаться с режимом. Поэтому двумя годами раньше в книге "Основы монистической эстетики", говоря о работе Г.Маркузе "К феноменологии исторического материализма" (1928 г.), Нуцубидзе не упоминает главного героя этой работы, т.е. М.Хайдеггера (3. 228).
Нуцубидзе думал, что феноменологическое движение в европейской философии тогда стояло перед выбором: или остаться верным своим исходным позициям, которые исчерпали себя, или для достижения нового, важного и значительного, идти за Хайдеггером. Но "в таком случае, - утверждал он, - уже нельзя будет говорить о феноменологии" (1.88).
Разумется для автора алетеиологии немаловажное значение имело хайдеггеровское понимание истины, как а-летеиа, т.е. "как открытости того, что сокрыто, без содействия человеческого сознания" (1.108). Такое понимание Нуцубидзе предпочитает принципу Э.Ласка, своего первого учителя в Германии, влияние которого на алетеиологию огромно. В этой связи хочу напомнить о том, что Э.Ласк значительно повлиял и на развитие Хайдеггера, на что философ из Мескирха не раз указывал. Учение Ласка о ценностях, стоящих выше противоположностей, сблизило Нуцубидзе с хайдеггеровским пониманием истины, а позже помогло ему увязать свои искания с неоплатонической традицией философии в Грузии.
Нуцубидзе считал соотношение Г.Риккерта и Э.Ласка в неокантианской философии аналогичными с отношением теорий Э.Гуссерля и М.Хайдеггера. Явно отдавая предпочтение последнему, он все же критиковал его философию Бытия, т.к. считал, что у Хайдеггера нет единого принципа для интерпретации различных видов Бытия. (1.114-115).
Нуцубидзе соглашался с Хайдеггером в том, что сравнительный анализ понимания Бытия в античности и в новое время весьма плодотворен. Полагал, что различие между ними определяется различием в оценке сознания. Он был полностью согласен с Хайдеггером в главном, в том, что касается темы "забвения Бытия": "Бытие не является простым феноменом"(1.115).
Книги Ш.Нуцубидзе не остались незамеченными для европейского читателя. В немецких, английских и французских журналах были опубликованы 12 рецензий. Это известные и значительные журналы, как например "Кант-Штудиин" (1929 г.), "Дойтше литературцайтунг" (1930 г.), "Интернейшенл джорнал оф этик" (1931 г.), "Ревю де сайенс философи ет Теологи" (1926 г.), "Схоластик" (1931 г.) и др. Среди рецензентов встречаются такие имена как Б.Баух и Де Фриз. Оценки были разные, но абсолютное большинство авторов считали книгу стимулирующей и полезной. Не обошли вниманием и отношение Нуцубидзе к философии М.Хайдеггера. Барт Ледхир в "Интернейшенл джонал оф этик" писал, что полемика Нуцубидзе с Хайдеггером представляет самую стимулирующую часть книги.
Признанием значения работ Ш.Нуцубидзе можно считать и то, что ему было предоставлено место в известном словаре В.Цигенфуса в 1950 г. После 20-ых годов, как известно, в Советском Союзе режим еще больше ожесточился. Нуцубидзе оставил свою философскую систему незавершенной и занялся древнегрузинской философией, переводил литературные и философские произведения на русский язык. Он использовал идеологическую борьбу против европоцентризма, развернувшуюся в 40-ых годах, и опубликовал свою известную теорию Восточного ренессанса. ("Руставели и Восточный ренессанс", Тбилиси, 1947 г., на русск. яз.).
Из этого периода грузинские философы помнят лишь один анекдотический случай, связанный с Хайдеггером. Проф. А.Бочоришвили, работая в отдалении от центра, в г.Кутаиси, опубликовал статью об языке, где привел цитату из работы Хайдеггера "Кант и проблемы метафизики". Это все-таки заметили и его вызвали в ЦК. Это было в 1941 г. до начала войны. "Как вы, член Партии, цитируете идеолога фашизма", - строго спросил секретарь ЦК. "Когда я писал эту статью, я еще не был членом Партии", - смиренно ответил ученый и получил лишь выговор. Свою монографию "О началах художественного произведения в онтологии М.Хайдеггера" А.Бочоришвили опубликовал лишь в 1973 г.
После смерти Сталина атмосфера немножко прояснилась, но режим остался. Та часть философов в Грузии, которая старалась не очень отстать от времени, выдвинула принцип необходимости имманентной критики буржуазной философии. Он давал возможность более объективного изложения западной философии.
В 1958 г. в Тбилисском университете начал работать семинар известного логика и философа К.Бакрадзе, того самого, которого М.Бохенский назвал Нестором Советской философии. Ученик Ш.Нуцубидзе, К.Бакрадзе в середине 20-х годов слушал лекции Гуссерля. На семинарах Бакрадзе изучали тексты современной западной философии. В 1960 г. он издает на русском языке книгу "Очерки истории новейшей и современной буржуазной философии". Она заканчивалась анализом философии Э.Гуссерля. Через 2 года Бакрадзе публикует вторую книгу, на грузинском языке "Экзистенциализм", в которой М.Хайдеггеру уделяется основное внимание. Этот анализ имел важное значение для понимания учения М.Хайдеггера в Грузии. Ведь тогда Хайдеггера считали, и не только у нас, представителем так называемого атеистического экзистенциализма. Бакрадзе утверждал, что Хайдеггер пытается решать теологические проблемы, но на чисто философском языке (Труды. т.V. - Тбилиси, 1987. С. 466).
В 1968 г. в Институте философии АН Грузии начал работать семинар по изучению "Бытия и времени" М.Хайдеггера. Целью семинара было изучение текста и определение возможности его перевода на грузинский язык. Участники семинара, их было шесть (Т.Буачидзе, М.Бежанишвили, Э.Кодуа, Л.Мчедлишвили, Г.Тевзадзе, В.Еркомайшвили), независимо друг от друга переводили, комментировали части текста и потом сравнивали. Эта была первая попытка перевода Хайдеггера на грузинский язык. Она была существенно связана с попыткой объективного осмысления западной философии XX в. Результатом этой работы явиласть книга большого коллектива авторов - "Буржуазная философия XX в." (Тбилиси, 1970; на груз. яз.). Ядро книги составляли исследования о Гуссерле, М.Шелере и М.Хайдеггере.
Можно сказать, что в эти годы Хайдеггер у нас вошел в моду, но официально как объект критики. В первую очередь, стали анализировать его понимание немецкой классики, позже - античной и средневековай философии. В 1970 г. на юбилейное заседание, посвященное 200-летию со дня смерти Гегеля, грузинский философ и лингвист, гражданин Германии с 1991 г. Г.Маргвелашвили, прочел интересный доклад: "К диалектике негации у Гегеля и у Хайдеггера". В 1976 г., в год смерти мастера, он опубликовал книгу "Сюжетное время и время экзистенции" (на русском языке). В 1983 г. он подытожил определенный этап своих исследований в капитальной работе "Проблема финальности в онтологиях М.Хайдеггера и Н.Гартмана" (на груз. яз.). Книга имеет расширенное резюме на русском и немецком языках. Слоистая онтология Н.Гартмана "допускает цель лишь как поставленную сознанием". Хайдеггер предлагает "своеобразное двумерное понятие финальности" "как единства тетического (тематического) и нететического (нетематического) полагания цели". С глубоким знанием дела автор выделяет, описывает и защищает такое понимание.
В 1972 г. появились два, можно сказать, хороших перевода "Что такое философия?". Один - в Тбилисском Госуниверситете (пер. В.Рцхиладзе), другой - в Союзе писателей Грузии (пер. Н.Канкава). Еще через три года появились переводы работ Хайдеггера о Гёльдерлине (пер. Н.Гелашвили). С этих пор трудно найти в Грузии уважающего себя исследователя в области гуманитарных наук, который в той или иной мере не касается позиции Хайдеггера. Многие думали, что это лишь мода. Но прошло более двадцати лет, указывая на то, что это нечто большее.
Новые веяния в грузинской философии, одним из проявлений которых был диалог с учением М.Хайдеггера, заметили и на Западе. Проф. Трансильванского университета Эш Гоубар в 1978 г. опубликовал на английском языке большую статью "Современная философия в Советской Грузии" в известном журнале "Стадиес ин совиет тот"(6). Американский ученый писал, что в Грузии "как и везде в Восточной Европе, марксизм продолжает определять философское исследование.., но тут имеют интеллектуальное мужество сказать нет, где это необходимо и улучшать ортодоксальную доктрину"(6.191). "Наряду с Марксом очевидно влияние Канта и Хайдеггера" (6.187).
Интересы грузинских философов находили понимание и в дружественных заграничных университетах восточной Европы. В 1977 г. в Лодзинском университете была проведена международная научная конференция "Критика буржуазной философии". Сотрудники Тбилисского университета представили доклады об Ясперсе ("К.Ясперс о взаимоотношении науки и философии" Э.Кодуа) и о Хайдеггере ("Критика теории истины М.Хайдеггера" Г.Тевзадзе). Они были опубликованы в "Трудах Лодзинского университета" в 1979 г. (7).
Влияние Хайдеггера в Грузии особенно заметно было в связи с исследованиями в области истории философии. Его интерпретации Гераклита, Парменида, Платона и др. стали плодотворным стимулом для переосмысления узловых пунктов развития человеческой мысли: проблема Востока и Запада, гуманизма, соотношение рационального и иррационального, корни современного экзистенциального кризиса и др. Это не значит, что во всем соглашались с ним, но совершенно ясно было одно: после изучения Хайдеггера невозможно было мыслить по-старому. А по-новому мыслить у нас пока еще означает быть в диалоге с Хайдеггером.
Философы Грузии заблаговременно начали готовиться к 100-летию автора "Бытия и времени". Эта книга в переводе на грузинский язык давно была готова. Рукопись перевода распространялась в виде ксерокопии. Католикос - Патриарх Грузии Илья II заинтересовался этим. В 1982 г. он беседовал с переводчиком, хотел узнать, нужно ли издание книги для грузинской культуры. Убедившись в этом, он официально заказал подготовку книги для печати. За издание взялась "Коллегия перевода и литературных взаимоотношений Грузии". Книга была готова к изданию в 1986 г.
Власти, правда, не запрещали, но и добро не давали, а без этого издательства не решались опубликавать книгу. Помог случай: в "Литературной газете" 30 ноября 1988 г. появился перевод "Полевой дороги" Хайдеггера. В предисловии автор перевода, известный русский философ А.Гулыга писал, что готовится к изданию на русском языке основной труд Хайдеггера "Бытие и время". Этого было достаточно для получения официального устного согласия властей. В начале 1989 г. книга вышла в свет.
Перевод был всречен благосклонно. Даже в официальном органе партии "Коммунист Грузии" (N 12, 1989 г.) появилась положительная рецензия молодого грузинского философа М.Саная.
11 апреля 1989 г. "Общество любителей книги" Грузии организовало обсуждение перевода. Выступавшие (М.Челидзе, Р.Гордезиани, Т.Буачидзе, Л.Далакишвили и др.), несмотря на ряд замечаний как технического, так и смыслового характера, в целом, перевод одобрили и сочли целесообразным второе издание.
Перевод, сам по себе, как феномен является не только литературным и научным, но и важным мировоззренческим актом. Перевод, как правило, всегда осуществляется с учетом самобытности культуры. Строго говоря, культуре народа принадлежит лишь то, что создано на родном языке или переведено на нем.
Следует подчеркнуть и то, что перевод как таковой является одним из самых сильных доказательств внутреннего единства человеческой культуры. Разумеется, можно спорить о степени адекватности перевода и о правомерности самого понятия адекватности, но распространенная теория о невозможности адекватного перевода, мне кажется, отрицает эту общность и противоречива в себе. Она исходит из того факта, что перевод очень трудное дело. Мне кажется необоснованным и то, что принцип непереводимости с одного языка на другой, хотят обосновать общепризнанным принципом специфичности культуры каждого народа и ее незаменимости. Но ведь понимание этой независимости и уникальности в сущности уже является переводом? Логически эта теория доходит до отрицания возможности взаимопонимания в пределах одного языка, т.е. возможности диалога и, наконец, возможности понимания автором собственного текста. Я не забываю, что такое случается, но определяется другими причинами.
Мне кажется, трудно отрицать, что каждое установление фактической неадекватности перевода подразумевает понимание смысла текста на обоих языках. А подыскивание соответствующих слов, или, исходя из природы данного языка, создание новых слов - дело умения и техники. Спрашивается, что важнее в Гомере, Руставели, Данте и Гёте - то, что переводится или то, что остается пока что недосягаемым для перевода? Такой аспект будет указывать на возможности улучшения перевода.
Названная позиция имеет глубокие корни в Грузии. Когда в начале XII в. Иоане Петрици жаловался на трудности, связанные с переводом Прокла Диадоха на грузинский язык (имея ввиду перевод "Первооснов теологии" Прокла), он винил в этом не природу грузинского языка, а сетовал на его недостаточное развитие по сравнению с греческим. Он считал целью своей жизни поднять родной язык до этого уровня (13. 223, 224).
Столетие со дня рождения Хайдеггера философы Грузии отметили несколькими мероприятиями, но самым важным из них была "Юбилейная сессия Группы по изучению современных проблем философии" при Тбилисском Госуниверситете, посвященная 100-летию со дня рождения М.Хайдеггера. (26 сентября 1989 г.) (14). Руководитель группы - канд. философских наук Т.Пипия. Хочу подчеркнуть: это все молодые люди. Я лишь перечислю доклады, и широта подхода, думаю, станет ясной: Г.Тевзадзе - "О грузинском переводе <Бытия и времени>", Г.Барамидзе - "Проблема возможности мировоззрения у М.Хайдеггера", В.Рамишвили - "Хайдеггер и новая ориентация", Д.Джалагония - "Хайдеггеровская интерпретация греческого понимания философии", П.Шеварнадзе - "Техника и риск у М.Хайдеггера", М.Саная - "От <Бытия и времени> к <Времени и Бытию>", Гиги Тевзадзе - "Один из аспектов Хайдеггеровского понимания понятия", В.Нибладзе - "Традиционная проблема субстанции у М.Хайдеггера и Ш.Нуцубидзе", К.Кацитадзе - "Хайдеггер об отношении Канта к естественнонаучной ориентации Нового времени", М.Бичашвили - "Хайдеггер и Витгенштейн об языке", З.Капрамидзе - "Язык и время", Н.Санеблидзе - "М.Хайдеггер и В.Ф.Гумбольдт."
Материалы этого мероприятия были напечатаны в 1991 г. Каждый доклад снабжен резюме на немецком языке. Вместе с докладами юбилейной сессии был напечатан перевод одного из самых маленьких, но тем не менее важных произведений М.Хайдеггера - "Полевая дорога" (10) (Перевод Г.Барамидзе).
Перевод "Бытия и времени" был послан в архив великого философа на его родине в Мескирхе. Местная газета 20 апреля 1991 г. опубликовала статью по этому поводу - "Библиофильская драгоценность для архива Хайдеггера". Газета напечатала фото грузинского издания книги. С удовлетворением отмечалось, что "в Тбилисском университете многие сотрудники Гурама Тевзадзе занимаются изучением Хайдеггера". Многозначительным сочла газета, что "в грузинской столице основательно изучают язык Хайдеггера. На одном из тамошних симпозиумов участники старались вникнуть в значение даже такого типичного мескирхского слова каким является "куинцге". А это такое начинание, которое даже западным ученым доставляет немало хлопот".
"Куинциге", действительно, стала проблемой для грузинских философов во время перевода "Полевой дороги". Было ясно, что Хайдеггер неспроста выхватил из забвения это слово родного диалекта. Участники семинара в Тбилисском университете хотели узнать о нем как можно больше. Вскоре я получил от моего друга, проф. И.Штальмаха (г. Майнц) первые объяснения значения этого слова. Потом он прислал мне копии страниц из книги Р.Миндера - "Гёльдерлин среди немцев" (8), где говорится о двояком значении слова - "куинциге" ("пронырливый, лукавый" и "странный, остроумный") (8.16-19). Позднее журнал "Христианин в современном мире" (9.339) опубликовал статью проф. Н.Шоль "В тени кавказских гор". Там он говорит также и о нашем разговоре относительно "Куинциге". После этого дал о себе знать немецкий читатель г. Т.Радемахер. Он хотел узнать больше о том, как употребляют это слово в Мескирхе. Ему ответил племянник М.Хайдеггера господин Г.Хайдеггер. Он соглашался с г.Радемахером, что до появления "Полевой дороги" это слово практически было забыто, "а теперь, каждый хочет быть Куинцигер", но "этим опять теряется значение слова" (Письмо к г.Радемахеру, 16.12.90). Генрих Хайдеггер полагал, что объяснение следует искать в ситуации после войны. Тогда Хайдеггер "был очень удручен" и "Полевая дорога" пример того, "как хотел Хайдеггер разобраться в ситуации". В социальном плане это может быть так, но здесь - не только это. Ведь Хайдеггер однозначно связывает с этим "веселую мудрость, которая является воротами в вечное". Поэтому, думается, что "Куинцигер" создано бытием, говоря словами Библии "по образу Своему". Поэтому как раз мы через аналитику "Дазайна" и можем идти к самому Бытию. Можно сказать, что "структура" конкретного Бытия, как Куинцигер, сходна со "структурой" самого Бытия. Не каждый человек получает дар быть куинцигер. Это своеобразный переходный этап к пониманию Бытия. Великий искатель вырвал это слово из забвения, чтобы показать тогдашний ход своих исканий. Ведь это был 1949 г., т.е. время нового осмысления Хайдеггером своих основных принципов и возможных социальных выводов из них. Куинцигер как посредник, своеобразный вариант Заратустры. Это одна из проложенных им в то время "Лесных дорог" (Холцвеге).
В 1990 г. философы Грузии в Тбилисском университете, совместно с коллегами из теологического факультета Гессенского университета (ФРГ) провели конференцию на тему: "Мировоззрение, вера, достоинство человека" (15). По этому поводу газета - "Франкфуртер алгемайне цаитунг" опубликовала статью г. Томаса Росс "Христианство и национальное достоинство". Он отметил, что "на конференции грузины особенно тщательно занимались Кантом и Хайдеггером..." (11. c. 35).
Несмотря на последующие тяжелые для Грузии годы, включая и самое ужасное для страны - гражданскую войну, диалог с Хайдеггером, так же, как и с Кантом, не прекращался. К ним обращаются за советом, чтобы разобраться в сложных социальных ситуациях. Для нас, как и для всего современного мира, особое значение приобретает обоснование толерантности Кантом и новая интерпретация Ницше М.Хайдеггером. Слова Ницше: "Человек должен освободиться от чувства мести" (12.105), Хайдеггер выдвинул как новый принцип человеческого общения. Это, действительно, наиболее трудное, но необходимое условие для того, чтобы человек будущего был достойным человеком.
Указанная литература:
1 Nuzubidse Sch., Philosophie und Weisheit. Berlin 1931.
2 Nuzubidse Sch., Wahrheit und Erkenntnisstruktur. Berlin 1926.
3 Нуцубидзе Ш., Теория искусства. Тбилиси 1929. (на груз. яз.).
4 Бочоришвили А., О началах художественного произведения в онтологии М.Хайдеггера. (на груз. яз.). - Тбилиси 1973.
5 ZeigenfuЯ W., Philosophen-Lexikon, b.2. Berlin 1950.
6 Gobar Ash, Contemporary Philosophy in Soviet Georgia (in: Studies in Soviet Thought. Boston, USA. 1978. Vol, 18, № 4 pр. 173-196).
7 Acta Universitatis Losziensis. Nauky Humanistyczno. Seria 1, zeszyt 61, 1979.
8 Minder R., Hцlderlin unter der Deutschen. Frankfurt a.M.1968.
9 Scholl N., Im Schafften des Kaukasus (in: Christ in der Gegenwart. 42.Jg.Heft 41, 1990, s. 339).
10 Der feldweg (In: Conradin Kreutzer - Stadt MeЯkirch. MeЯkirch 1949.).
11 Ross Th., Christentum und Nationale Wьrde (in: Frankfurter allgemeine Zeitung. 8. Juni 1990. N 131, s. 35).
12 Heidegger M., Wer ist Nietsches Zaratustra? (in: Vortrдge und Aufsдtze. T.11. Neske 1967).
13 Иоане Петраци, Рассмотрение платоновской философии и Прокла Диадоха. Москва: Мысль. 1984, сс. 223, 224.
14 Martin Heidegger anlдЯlich des 100. Jahrestages. Tbilisi 1991. (auf georg.).
15 Internationale Fachkonferenz - Weltanschauung, Glaude, die Wьrde des Menschen. Tbilisi 1991 (auf georg.).
Тевзадзе Г.В. Мартин Хайдеггер и философия в Грузии // Мартин Хайдеггер и философия ХХ века: Сб. докл. - Мн.: <Менск>, 1997. - 200 с.
1931 -- первая книга грузинского философа о Хайдеггере (Шалва Нуцубидзе, "Философия и мудрость", по-немецки, изд. в Берлине).
1941 -- проф. Бочоришвили (Кутаиси) цитирует в своей статье Хайдеггера. Отделывается выговором по партийной линии.
1962 -- выходит "Экзистенциализм" К.Бакрадзе, по-грузински, о Хайдеггере par excellence.
1968 -- в Институте философии АН Грузии начал работать семинар по изучению "Бытия и времени". Попытки перевода книги на грузинский. (К началу 1980-х перевод "давно готов", но выходит, при содействии католикоса Илии II, только в 1989-м.)
1972 -- сразу два грузинских перевода "Что такое философия?".
1975 -- грузинский перевод работ Хайдеггера о Гёльдерлине.
И так далее; подробно -- .
Философское мышление в Грузии, по свидетельствам греческих мыслителей Фемистия (317-388) и Либания (314-393), свою историю начинает с IV в. Несмотря на все превратности судьбы маленькой страны, в развитии ее культуры можно проследить определенную закономерность в соотношении традиции и новации. Традицию определяла неоплатоническая философия в двух ее вариантах: в ареопагитском (в рецепции Ефрема Мцире. XI в.) и прокловском (в понимании Иоанэ Петрици. Начало XII в.). Глубинное родство мышления Хайдеггера с неоплатонизмом определило масштабы его влияния на философию в Грузии, а переводы неоплатонических текстов в XI и XII вв. облегчили трудную задачу переводчикам М.Хайдеггера.
Влияние Хайдеггера на современную грузинскую культуру огромно и благотворно. Со времен выхода первой книги, в которой грузинский философ Ш.Нуцубидзе сопоставлял свою позицию с хайдеггеровской, прошло 65 лет. Книга Нуцубидзе называется "Философия и мудрость". Она была издана в Берлине в 1931 г. и явилась продолжением первой книги того же автора "Истина и структура познания", также изданной в Берлине на немецком языке в 1926 г. Алетеиология Нуцубидзе анализировала специфическую сферу истины, которая находится между Бытием и мышлением. Она хотела избежать, говоря словами автора, как одностороннего идеализма, так и одностороннего материализма. Мудростью Нуцубидзе называл практическое применение философии как знания мира, с целью его усовершенствования. Он старался доказать, что критика Хайдеггером онтологических учений в работе "Сущность основы" (1929) неприменима к алетеиологии, так как она тоже направлена против онтологизирования (1.6).
В работах опубликованных на грузинском языке опасно было не считаться с режимом. Поэтому двумя годами раньше в книге "Основы монистической эстетики", говоря о работе Г.Маркузе "К феноменологии исторического материализма" (1928 г.), Нуцубидзе не упоминает главного героя этой работы, т.е. М.Хайдеггера (3. 228).
Нуцубидзе думал, что феноменологическое движение в европейской философии тогда стояло перед выбором: или остаться верным своим исходным позициям, которые исчерпали себя, или для достижения нового, важного и значительного, идти за Хайдеггером. Но "в таком случае, - утверждал он, - уже нельзя будет говорить о феноменологии" (1.88).
Разумется для автора алетеиологии немаловажное значение имело хайдеггеровское понимание истины, как а-летеиа, т.е. "как открытости того, что сокрыто, без содействия человеческого сознания" (1.108). Такое понимание Нуцубидзе предпочитает принципу Э.Ласка, своего первого учителя в Германии, влияние которого на алетеиологию огромно. В этой связи хочу напомнить о том, что Э.Ласк значительно повлиял и на развитие Хайдеггера, на что философ из Мескирха не раз указывал. Учение Ласка о ценностях, стоящих выше противоположностей, сблизило Нуцубидзе с хайдеггеровским пониманием истины, а позже помогло ему увязать свои искания с неоплатонической традицией философии в Грузии.
Нуцубидзе считал соотношение Г.Риккерта и Э.Ласка в неокантианской философии аналогичными с отношением теорий Э.Гуссерля и М.Хайдеггера. Явно отдавая предпочтение последнему, он все же критиковал его философию Бытия, т.к. считал, что у Хайдеггера нет единого принципа для интерпретации различных видов Бытия. (1.114-115).
Нуцубидзе соглашался с Хайдеггером в том, что сравнительный анализ понимания Бытия в античности и в новое время весьма плодотворен. Полагал, что различие между ними определяется различием в оценке сознания. Он был полностью согласен с Хайдеггером в главном, в том, что касается темы "забвения Бытия": "Бытие не является простым феноменом"(1.115).
Книги Ш.Нуцубидзе не остались незамеченными для европейского читателя. В немецких, английских и французских журналах были опубликованы 12 рецензий. Это известные и значительные журналы, как например "Кант-Штудиин" (1929 г.), "Дойтше литературцайтунг" (1930 г.), "Интернейшенл джорнал оф этик" (1931 г.), "Ревю де сайенс философи ет Теологи" (1926 г.), "Схоластик" (1931 г.) и др. Среди рецензентов встречаются такие имена как Б.Баух и Де Фриз. Оценки были разные, но абсолютное большинство авторов считали книгу стимулирующей и полезной. Не обошли вниманием и отношение Нуцубидзе к философии М.Хайдеггера. Барт Ледхир в "Интернейшенл джонал оф этик" писал, что полемика Нуцубидзе с Хайдеггером представляет самую стимулирующую часть книги.
Признанием значения работ Ш.Нуцубидзе можно считать и то, что ему было предоставлено место в известном словаре В.Цигенфуса в 1950 г. После 20-ых годов, как известно, в Советском Союзе режим еще больше ожесточился. Нуцубидзе оставил свою философскую систему незавершенной и занялся древнегрузинской философией, переводил литературные и философские произведения на русский язык. Он использовал идеологическую борьбу против европоцентризма, развернувшуюся в 40-ых годах, и опубликовал свою известную теорию Восточного ренессанса. ("Руставели и Восточный ренессанс", Тбилиси, 1947 г., на русск. яз.).
Из этого периода грузинские философы помнят лишь один анекдотический случай, связанный с Хайдеггером. Проф. А.Бочоришвили, работая в отдалении от центра, в г.Кутаиси, опубликовал статью об языке, где привел цитату из работы Хайдеггера "Кант и проблемы метафизики". Это все-таки заметили и его вызвали в ЦК. Это было в 1941 г. до начала войны. "Как вы, член Партии, цитируете идеолога фашизма", - строго спросил секретарь ЦК. "Когда я писал эту статью, я еще не был членом Партии", - смиренно ответил ученый и получил лишь выговор. Свою монографию "О началах художественного произведения в онтологии М.Хайдеггера" А.Бочоришвили опубликовал лишь в 1973 г.
После смерти Сталина атмосфера немножко прояснилась, но режим остался. Та часть философов в Грузии, которая старалась не очень отстать от времени, выдвинула принцип необходимости имманентной критики буржуазной философии. Он давал возможность более объективного изложения западной философии.
В 1958 г. в Тбилисском университете начал работать семинар известного логика и философа К.Бакрадзе, того самого, которого М.Бохенский назвал Нестором Советской философии. Ученик Ш.Нуцубидзе, К.Бакрадзе в середине 20-х годов слушал лекции Гуссерля. На семинарах Бакрадзе изучали тексты современной западной философии. В 1960 г. он издает на русском языке книгу "Очерки истории новейшей и современной буржуазной философии". Она заканчивалась анализом философии Э.Гуссерля. Через 2 года Бакрадзе публикует вторую книгу, на грузинском языке "Экзистенциализм", в которой М.Хайдеггеру уделяется основное внимание. Этот анализ имел важное значение для понимания учения М.Хайдеггера в Грузии. Ведь тогда Хайдеггера считали, и не только у нас, представителем так называемого атеистического экзистенциализма. Бакрадзе утверждал, что Хайдеггер пытается решать теологические проблемы, но на чисто философском языке (Труды. т.V. - Тбилиси, 1987. С. 466).
В 1968 г. в Институте философии АН Грузии начал работать семинар по изучению "Бытия и времени" М.Хайдеггера. Целью семинара было изучение текста и определение возможности его перевода на грузинский язык. Участники семинара, их было шесть (Т.Буачидзе, М.Бежанишвили, Э.Кодуа, Л.Мчедлишвили, Г.Тевзадзе, В.Еркомайшвили), независимо друг от друга переводили, комментировали части текста и потом сравнивали. Эта была первая попытка перевода Хайдеггера на грузинский язык. Она была существенно связана с попыткой объективного осмысления западной философии XX в. Результатом этой работы явиласть книга большого коллектива авторов - "Буржуазная философия XX в." (Тбилиси, 1970; на груз. яз.). Ядро книги составляли исследования о Гуссерле, М.Шелере и М.Хайдеггере.
Можно сказать, что в эти годы Хайдеггер у нас вошел в моду, но официально как объект критики. В первую очередь, стали анализировать его понимание немецкой классики, позже - античной и средневековай философии. В 1970 г. на юбилейное заседание, посвященное 200-летию со дня смерти Гегеля, грузинский философ и лингвист, гражданин Германии с 1991 г. Г.Маргвелашвили, прочел интересный доклад: "К диалектике негации у Гегеля и у Хайдеггера". В 1976 г., в год смерти мастера, он опубликовал книгу "Сюжетное время и время экзистенции" (на русском языке). В 1983 г. он подытожил определенный этап своих исследований в капитальной работе "Проблема финальности в онтологиях М.Хайдеггера и Н.Гартмана" (на груз. яз.). Книга имеет расширенное резюме на русском и немецком языках. Слоистая онтология Н.Гартмана "допускает цель лишь как поставленную сознанием". Хайдеггер предлагает "своеобразное двумерное понятие финальности" "как единства тетического (тематического) и нететического (нетематического) полагания цели". С глубоким знанием дела автор выделяет, описывает и защищает такое понимание.
В 1972 г. появились два, можно сказать, хороших перевода "Что такое философия?". Один - в Тбилисском Госуниверситете (пер. В.Рцхиладзе), другой - в Союзе писателей Грузии (пер. Н.Канкава). Еще через три года появились переводы работ Хайдеггера о Гёльдерлине (пер. Н.Гелашвили). С этих пор трудно найти в Грузии уважающего себя исследователя в области гуманитарных наук, который в той или иной мере не касается позиции Хайдеггера. Многие думали, что это лишь мода. Но прошло более двадцати лет, указывая на то, что это нечто большее.
Новые веяния в грузинской философии, одним из проявлений которых был диалог с учением М.Хайдеггера, заметили и на Западе. Проф. Трансильванского университета Эш Гоубар в 1978 г. опубликовал на английском языке большую статью "Современная философия в Советской Грузии" в известном журнале "Стадиес ин совиет тот"(6). Американский ученый писал, что в Грузии "как и везде в Восточной Европе, марксизм продолжает определять философское исследование.., но тут имеют интеллектуальное мужество сказать нет, где это необходимо и улучшать ортодоксальную доктрину"(6.191). "Наряду с Марксом очевидно влияние Канта и Хайдеггера" (6.187).
Интересы грузинских философов находили понимание и в дружественных заграничных университетах восточной Европы. В 1977 г. в Лодзинском университете была проведена международная научная конференция "Критика буржуазной философии". Сотрудники Тбилисского университета представили доклады об Ясперсе ("К.Ясперс о взаимоотношении науки и философии" Э.Кодуа) и о Хайдеггере ("Критика теории истины М.Хайдеггера" Г.Тевзадзе). Они были опубликованы в "Трудах Лодзинского университета" в 1979 г. (7).
Влияние Хайдеггера в Грузии особенно заметно было в связи с исследованиями в области истории философии. Его интерпретации Гераклита, Парменида, Платона и др. стали плодотворным стимулом для переосмысления узловых пунктов развития человеческой мысли: проблема Востока и Запада, гуманизма, соотношение рационального и иррационального, корни современного экзистенциального кризиса и др. Это не значит, что во всем соглашались с ним, но совершенно ясно было одно: после изучения Хайдеггера невозможно было мыслить по-старому. А по-новому мыслить у нас пока еще означает быть в диалоге с Хайдеггером.
Философы Грузии заблаговременно начали готовиться к 100-летию автора "Бытия и времени". Эта книга в переводе на грузинский язык давно была готова. Рукопись перевода распространялась в виде ксерокопии. Католикос - Патриарх Грузии Илья II заинтересовался этим. В 1982 г. он беседовал с переводчиком, хотел узнать, нужно ли издание книги для грузинской культуры. Убедившись в этом, он официально заказал подготовку книги для печати. За издание взялась "Коллегия перевода и литературных взаимоотношений Грузии". Книга была готова к изданию в 1986 г.
Власти, правда, не запрещали, но и добро не давали, а без этого издательства не решались опубликавать книгу. Помог случай: в "Литературной газете" 30 ноября 1988 г. появился перевод "Полевой дороги" Хайдеггера. В предисловии автор перевода, известный русский философ А.Гулыга писал, что готовится к изданию на русском языке основной труд Хайдеггера "Бытие и время". Этого было достаточно для получения официального устного согласия властей. В начале 1989 г. книга вышла в свет.
Перевод был всречен благосклонно. Даже в официальном органе партии "Коммунист Грузии" (N 12, 1989 г.) появилась положительная рецензия молодого грузинского философа М.Саная.
11 апреля 1989 г. "Общество любителей книги" Грузии организовало обсуждение перевода. Выступавшие (М.Челидзе, Р.Гордезиани, Т.Буачидзе, Л.Далакишвили и др.), несмотря на ряд замечаний как технического, так и смыслового характера, в целом, перевод одобрили и сочли целесообразным второе издание.
Перевод, сам по себе, как феномен является не только литературным и научным, но и важным мировоззренческим актом. Перевод, как правило, всегда осуществляется с учетом самобытности культуры. Строго говоря, культуре народа принадлежит лишь то, что создано на родном языке или переведено на нем.
Следует подчеркнуть и то, что перевод как таковой является одним из самых сильных доказательств внутреннего единства человеческой культуры. Разумеется, можно спорить о степени адекватности перевода и о правомерности самого понятия адекватности, но распространенная теория о невозможности адекватного перевода, мне кажется, отрицает эту общность и противоречива в себе. Она исходит из того факта, что перевод очень трудное дело. Мне кажется необоснованным и то, что принцип непереводимости с одного языка на другой, хотят обосновать общепризнанным принципом специфичности культуры каждого народа и ее незаменимости. Но ведь понимание этой независимости и уникальности в сущности уже является переводом? Логически эта теория доходит до отрицания возможности взаимопонимания в пределах одного языка, т.е. возможности диалога и, наконец, возможности понимания автором собственного текста. Я не забываю, что такое случается, но определяется другими причинами.
Мне кажется, трудно отрицать, что каждое установление фактической неадекватности перевода подразумевает понимание смысла текста на обоих языках. А подыскивание соответствующих слов, или, исходя из природы данного языка, создание новых слов - дело умения и техники. Спрашивается, что важнее в Гомере, Руставели, Данте и Гёте - то, что переводится или то, что остается пока что недосягаемым для перевода? Такой аспект будет указывать на возможности улучшения перевода.
Названная позиция имеет глубокие корни в Грузии. Когда в начале XII в. Иоане Петрици жаловался на трудности, связанные с переводом Прокла Диадоха на грузинский язык (имея ввиду перевод "Первооснов теологии" Прокла), он винил в этом не природу грузинского языка, а сетовал на его недостаточное развитие по сравнению с греческим. Он считал целью своей жизни поднять родной язык до этого уровня (13. 223, 224).
Столетие со дня рождения Хайдеггера философы Грузии отметили несколькими мероприятиями, но самым важным из них была "Юбилейная сессия Группы по изучению современных проблем философии" при Тбилисском Госуниверситете, посвященная 100-летию со дня рождения М.Хайдеггера. (26 сентября 1989 г.) (14). Руководитель группы - канд. философских наук Т.Пипия. Хочу подчеркнуть: это все молодые люди. Я лишь перечислю доклады, и широта подхода, думаю, станет ясной: Г.Тевзадзе - "О грузинском переводе <Бытия и времени>", Г.Барамидзе - "Проблема возможности мировоззрения у М.Хайдеггера", В.Рамишвили - "Хайдеггер и новая ориентация", Д.Джалагония - "Хайдеггеровская интерпретация греческого понимания философии", П.Шеварнадзе - "Техника и риск у М.Хайдеггера", М.Саная - "От <Бытия и времени> к <Времени и Бытию>", Гиги Тевзадзе - "Один из аспектов Хайдеггеровского понимания понятия", В.Нибладзе - "Традиционная проблема субстанции у М.Хайдеггера и Ш.Нуцубидзе", К.Кацитадзе - "Хайдеггер об отношении Канта к естественнонаучной ориентации Нового времени", М.Бичашвили - "Хайдеггер и Витгенштейн об языке", З.Капрамидзе - "Язык и время", Н.Санеблидзе - "М.Хайдеггер и В.Ф.Гумбольдт."
Материалы этого мероприятия были напечатаны в 1991 г. Каждый доклад снабжен резюме на немецком языке. Вместе с докладами юбилейной сессии был напечатан перевод одного из самых маленьких, но тем не менее важных произведений М.Хайдеггера - "Полевая дорога" (10) (Перевод Г.Барамидзе).
Перевод "Бытия и времени" был послан в архив великого философа на его родине в Мескирхе. Местная газета 20 апреля 1991 г. опубликовала статью по этому поводу - "Библиофильская драгоценность для архива Хайдеггера". Газета напечатала фото грузинского издания книги. С удовлетворением отмечалось, что "в Тбилисском университете многие сотрудники Гурама Тевзадзе занимаются изучением Хайдеггера". Многозначительным сочла газета, что "в грузинской столице основательно изучают язык Хайдеггера. На одном из тамошних симпозиумов участники старались вникнуть в значение даже такого типичного мескирхского слова каким является "куинцге". А это такое начинание, которое даже западным ученым доставляет немало хлопот".
"Куинциге", действительно, стала проблемой для грузинских философов во время перевода "Полевой дороги". Было ясно, что Хайдеггер неспроста выхватил из забвения это слово родного диалекта. Участники семинара в Тбилисском университете хотели узнать о нем как можно больше. Вскоре я получил от моего друга, проф. И.Штальмаха (г. Майнц) первые объяснения значения этого слова. Потом он прислал мне копии страниц из книги Р.Миндера - "Гёльдерлин среди немцев" (8), где говорится о двояком значении слова - "куинциге" ("пронырливый, лукавый" и "странный, остроумный") (8.16-19). Позднее журнал "Христианин в современном мире" (9.339) опубликовал статью проф. Н.Шоль "В тени кавказских гор". Там он говорит также и о нашем разговоре относительно "Куинциге". После этого дал о себе знать немецкий читатель г. Т.Радемахер. Он хотел узнать больше о том, как употребляют это слово в Мескирхе. Ему ответил племянник М.Хайдеггера господин Г.Хайдеггер. Он соглашался с г.Радемахером, что до появления "Полевой дороги" это слово практически было забыто, "а теперь, каждый хочет быть Куинцигер", но "этим опять теряется значение слова" (Письмо к г.Радемахеру, 16.12.90). Генрих Хайдеггер полагал, что объяснение следует искать в ситуации после войны. Тогда Хайдеггер "был очень удручен" и "Полевая дорога" пример того, "как хотел Хайдеггер разобраться в ситуации". В социальном плане это может быть так, но здесь - не только это. Ведь Хайдеггер однозначно связывает с этим "веселую мудрость, которая является воротами в вечное". Поэтому, думается, что "Куинцигер" создано бытием, говоря словами Библии "по образу Своему". Поэтому как раз мы через аналитику "Дазайна" и можем идти к самому Бытию. Можно сказать, что "структура" конкретного Бытия, как Куинцигер, сходна со "структурой" самого Бытия. Не каждый человек получает дар быть куинцигер. Это своеобразный переходный этап к пониманию Бытия. Великий искатель вырвал это слово из забвения, чтобы показать тогдашний ход своих исканий. Ведь это был 1949 г., т.е. время нового осмысления Хайдеггером своих основных принципов и возможных социальных выводов из них. Куинцигер как посредник, своеобразный вариант Заратустры. Это одна из проложенных им в то время "Лесных дорог" (Холцвеге).
В 1990 г. философы Грузии в Тбилисском университете, совместно с коллегами из теологического факультета Гессенского университета (ФРГ) провели конференцию на тему: "Мировоззрение, вера, достоинство человека" (15). По этому поводу газета - "Франкфуртер алгемайне цаитунг" опубликовала статью г. Томаса Росс "Христианство и национальное достоинство". Он отметил, что "на конференции грузины особенно тщательно занимались Кантом и Хайдеггером..." (11. c. 35).
Несмотря на последующие тяжелые для Грузии годы, включая и самое ужасное для страны - гражданскую войну, диалог с Хайдеггером, так же, как и с Кантом, не прекращался. К ним обращаются за советом, чтобы разобраться в сложных социальных ситуациях. Для нас, как и для всего современного мира, особое значение приобретает обоснование толерантности Кантом и новая интерпретация Ницше М.Хайдеггером. Слова Ницше: "Человек должен освободиться от чувства мести" (12.105), Хайдеггер выдвинул как новый принцип человеческого общения. Это, действительно, наиболее трудное, но необходимое условие для того, чтобы человек будущего был достойным человеком.
Указанная литература:
1 Nuzubidse Sch., Philosophie und Weisheit. Berlin 1931.
2 Nuzubidse Sch., Wahrheit und Erkenntnisstruktur. Berlin 1926.
3 Нуцубидзе Ш., Теория искусства. Тбилиси 1929. (на груз. яз.).
4 Бочоришвили А., О началах художественного произведения в онтологии М.Хайдеггера. (на груз. яз.). - Тбилиси 1973.
5 ZeigenfuЯ W., Philosophen-Lexikon, b.2. Berlin 1950.
6 Gobar Ash, Contemporary Philosophy in Soviet Georgia (in: Studies in Soviet Thought. Boston, USA. 1978. Vol, 18, № 4 pр. 173-196).
7 Acta Universitatis Losziensis. Nauky Humanistyczno. Seria 1, zeszyt 61, 1979.
8 Minder R., Hцlderlin unter der Deutschen. Frankfurt a.M.1968.
9 Scholl N., Im Schafften des Kaukasus (in: Christ in der Gegenwart. 42.Jg.Heft 41, 1990, s. 339).
10 Der feldweg (In: Conradin Kreutzer - Stadt MeЯkirch. MeЯkirch 1949.).
11 Ross Th., Christentum und Nationale Wьrde (in: Frankfurter allgemeine Zeitung. 8. Juni 1990. N 131, s. 35).
12 Heidegger M., Wer ist Nietsches Zaratustra? (in: Vortrдge und Aufsдtze. T.11. Neske 1967).
13 Иоане Петраци, Рассмотрение платоновской философии и Прокла Диадоха. Москва: Мысль. 1984, сс. 223, 224.
14 Martin Heidegger anlдЯlich des 100. Jahrestages. Tbilisi 1991. (auf georg.).
15 Internationale Fachkonferenz - Weltanschauung, Glaude, die Wьrde des Menschen. Tbilisi 1991 (auf georg.).
Тевзадзе Г.В. Мартин Хайдеггер и философия в Грузии // Мартин Хайдеггер и философия ХХ века: Сб. докл. - Мн.: <Менск>, 1997. - 200 с.
