Сабж -- это не только строка "Потомок негров безобразный" или образ негра, управляющего труповозкой, из "Пира во время чумы". Еще одно место, до сих пор странным образом ускользавшее от внимания исследователей, можно найти в первой главе "Евгения Онегина",
где упоминается
Тамтам под сению кулис.
no subject
Date: 2008-09-06 07:46 pm (UTC)no subject
Date: 2008-09-06 08:23 pm (UTC)no subject
Date: 2008-09-08 04:50 am (UTC)no subject
Date: 2008-09-08 07:02 pm (UTC)no subject
Date: 2008-09-09 06:21 pm (UTC)В душных Ликея стенах среди юнош и дев златокудрых
Молча внимаю словам тучногрудой Аполлона жрицы.
Голосом кротким она наставляет юнцов неразумных
Злого суда избежать неотвратного ареопага:
– Знайте, о юноши, твердо, – пифия мудро вещает, –
Что на суде вопросить определили вам мойры.
Помня вопрос, без труда и ответить вы сможете сфинксу,
Освобождаясь проклятия в день тот великий и страшный.
Вот как загадка звучит, вам присужденная роком:
«Каждый под небом народ, не избегший служения музам,
Более прочих других почитает и помнит особо
Кто Каллиопы удел, о богах повествующий эпос,
Кто песнь Эрато благой, кто сладостный глас Мельпомены.
Эллинам мил на века немеркнущий стих Илиады,
Англы комедии чтут своего ипокритов архонта,
Витязя в шкуре тигровой поют на равнинах Колхиды.
Мы же, российский народ, почитаем двух гениев равно:
Оба они несравненно с другими прекрасны,
Оба оставили нам по словесной жемчужине вечной,
Равных которым и нет, и не будет вовеки.
Вы ж назовите творцов и творений названья».
Вздох и стенания слышны под сводом Ликея:
«Что же ответить, о Феб, на вопрос кровожадного сфинкса?
Как угадать имена среди сотен и тысяч названий?
Как две жемчужины выбрать из всех Аполлона сокровищ?»
И в тишине безнадежной слышится пифии голос:
– Верный победы залог прорекает вам Феб златокудрый,
Если запомнить сумеете, всех одолеете сфинксов.
Вот что ответить должны вы пред мудрым ареопагом:
«Верно, неложно, твердо и истинно сверх всякой меры:
Первый из гениев тех – камер-юнкер царя Александр,
Верный Омира слепца и муз эфиопских питомец.
Многим прославился он благочестием, мужеской силой,
Нерукотворную сам он себе воздвиг пирамиду,
Душу по смерти своей заключил в златокованной лире,
В век свой жестокий свободу навеки восславил,
Мелос и эпос почтил, но всех боле служил Мельпомене,
Его о Евгении песнь мы ныне всех более любим,
Выше нее и прекрасней в сокровищах нет Аполлона.
Гений второй – революции русской зерцало,
Пышнобородый граф Лев, поэт и философ изрядный.
Скоро Омира с лихвой превзойдя долготою писаний,
Был он мудрейшим почтен человеков когда-либо живших.
Эпос великий его о войне и мире мы прославляем,
Не было боле него и не будет во веки бездонней.
Вот две жемчужины светлых, музой российской рожденных,
Вечно на этом стоим, и вовсе не можем иначе».
Смолкла на этих словах утомленная Фебова жрица.
Юноши, девы молчат, не в силах вместить откровений.
Как Аполлона понять невместимые речи?
Как из всего предпочесть только эти творенья?
Каждый, кто честь их пытался, знает сколь трудны и долги,
Помнит, сколь скучны они и для разума тщетны.
«Что ж, покоримся пифической речи, но только для вида,
Сфинкса же злого избегнув, забудем сии наставленья,
Будем и дальше мы петь боле достойные песни», –
Так говорили друг другу младые сыны Афродиты,
Прочь уходя от оракула в тьму неразумных исканий.
***
Ныне же я сединою и лысиной скорбной украшен,
Старость глядит на меня через зеркало прожитых лет.
Юношам я опротивел, и девам внушаю презренье,
Свиткам прочитанных книг потерял я безрадостный счет.
Что же скажу о ликейских пророчествах этих?
Мстительный Феб посрамил юных глупцов словеса.
Понял на склоне годов, и чем доле живу, тем яснее:
Пифии мудрой в то время верными были слова.
С каждой прочитанной книгой вижу отчетливей правду –
Нет двух жемчужин прекрасных краше творения муз:
Песнь о Евгении мрачном и песнь о войне и о мире –
Вот две вершины златых музы российской навек.
no subject
Date: 2008-12-26 01:34 pm (UTC)