Джеймс Олдридж. Сорок девятый штат. Интермедия четвертая

[miram]

ИНТЕРМЕДИЯ ЧЕТВЕРТАЯ

Снова комната Премьер-министра. Открывается средняя дверь, и входит Премьер-министр, с довольным видом потирая на-ходу руки. Он подходит к одному из книжных шкафов, потихоньку достает оттуда графин с вином и наливает себе, но в эту самую минуту распахивается наружная дверь, и на пороге появляется представительный розовощекий пожилой джентльмен. На нем фетровая шляпа и шелковое кашне, от него так и веет уверенностью и благополучием, в глазах поблескивают насмешливые искорки. Его высоко поднятую голову украшает обильная седая шевелюра. Он входит без стука, толкнув дверь тростью с серебряным набалдашником. Это Лорд Ферс. Войдя, он приветствует Премьер-министра словами: "Хэлло, старина! Рад, что застал вас дома". Премьер-министр торопливо глотает вино и поворачивается.

ЛОРД ФЕРС.

Ай-ай-ай, Эндру. Пьянствовать, в вашем возрасте!

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Надо стучать, когда входишь.

ЛОРД ФЕРС.

Ну-ну, Эндру, не будьте невежливы.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Пожалуйста, не приписывайте мне собственных грехов. Это ваш излюбленный трюк, лорд Ферс.

ЛОРД ФЕРС

(усаживаясь). Но это пустяки в сравнении с тем трюком, который выкинули вы, дружище. Сорок девятый штат! (Он говорит беззлобно и весело.) Да вы сядьте. Сядьте, дорогой мой.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(продолжая стоять). Как вы проведали о рескрипте?

ЛОРД ФЕРС.

Вы сами знаете, как, Эндру.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(с отвращением). Да, я знаю (садится). Дюфеллер. Шпионы. Я окружен шпионами. Дюфеллер! Тьфу!

ЛОРД ФЕРС.

Оставьте Дюфеллера в покое. Мы, монополисты, должны держаться друг за дружку. Солидарность, солидарность. Наш единственный шанс уцелеть в этом коварном мире.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Что вам нужно?

ЛОРД ФЕРС.

Вы меня не угощаете? (Указывает на книжный шкаф.)

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Это моя предпоследняя бутылка, Ферс, а у вас целые погреба.

ЛОРД ФЕРС

(огорченно). Голубчик мой, я же не знал. Обещаю прислать вам бутылку. Это что, портвейн?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Марсала.

ЛОРД ФЕРС.

Чудесно, я вам пришлю целый ящик. А пока что – разрешите... (Встает, открывает книжный шкаф, наливает себе бокал и с ним возвращается к столу. Тем временем Премьер-министр поставил свой бокал на стол, и лорд Ферс, заметив, что он пуст, снова идет к книжному шкафу и приносит оттуда графин.)

ЛОРД ФЕРС

(усаживаясь). Ну вот, теперь можно и поговорить.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(удивленно). О чем, собственно?

ЛОРД ФЕРС.

Должен вам сказать, дорогой Эндру, что Ассоциация британских монополистов вами недовольна. Вся эта история с рескриптом... (Качает головой и сокрушенно прищелкивает языком.)

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Да?

ЛОРД ФЕРС.

Повторяю – мы вас не одобряем.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

А я не рассчитывал на ваше одобрение. Вы сидели и спокойно дожидались, пока Дюфеллер взыщет с меня долги. Дожидались своей очереди управлять страной – от имени Дюфеллера. Но я боюсь, Ферс, что вы этого никогда не дождетесь.

ЛОРД ФЕРС.

Напрасно вы так уверены.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Неужели у вас совсем нет гордости? Ведь вы же англичанин. Как вы могли продаться Дюфеллеру?

ЛОРД ФЕРС

(обрезает кончик сигары и предлагает сигару также Премьер-министру; тот берет). Я монополист, Эндру, а монополизм интернационален. Правда, будучи интернационалистами, мы в то же время не теряем своего национального лица. Этому мы научились у социал-демократов.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Если Дюфеллер одержит верх, вы сделаетесь его орудием, его лакеем и его шутом. Вы потеряете свое национальное лицо, потому что править страной вы будете по его указке.

ЛОРД ФЕРС.

Первое время – может быть, но у монополистов власть легко переходит из рук в руки.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

А как же ваша пресловутая солидарность?

ЛОРД ФЕРС.

Прошу понимать меня правильно. Мы можем конкурировать между собой, но против посторонних мы выступаем единым фронтом. Сегодня на вершине Дюфеллер, завтра может оказаться другой. Но кто бы ни был на вершине, мы держимся друг за дружку.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Да, это мне известно. Почему я боролся с вами все эти годы? Почему отвергал один за другим ваши каверзные планы?

ЛОРД ФЕРС.

Честное слово, не знаю, почему, Эндру. Среди них попадались совсем неплохие. Например, хотя бы тот, по которому вы должны были сделаться вторым лордом-протектором Англии. Просто не знаю, почему вы его отклонили.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Конечно, вы не знаете, вы и тогда не знали, что на следующий день после пожалования мне этого титула меня бы повесили по обвинению в попытке установить фашистскую диктатуру. Причем обвинение исходило бы лично от вас, Ферс.

ЛОРД ФЕРС.

Тц! Тц!

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Что же вы на этот раз задумали?

ЛОРД ФЕРС.

Ничего. Решительно ничего.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Если бы ничего, вы бы сюда не явились.

ЛОРД ФЕРС.

А вдруг мне захотелось помочь вам выпутаться из беды, Эндру?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Нет уж, спасибо. Покорно благодарю.

ЛОРД ФЕРС.

Пожалуйста, не стоит.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

И слышать об этом не хочу.

ЛОРД ФЕРС.

Господин премьер, вы теряете выдержку.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Зато приобретаю опыт. Я теперь знаю, что когда враг, который не уступает мне в хитрости, предлагает свою помощь, его не надо слушать; даже слушать не надо.

ЛОРД ФЕРС.

Прежде у вас хватало смелости хотя бы выслушивать меня.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Да, и надо удивляться, как это моя голова еще сидит у меня на плечах.

ЛОРД ФЕРС.

План, который я хочу предложить вам, гениально прост.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Чем проще, тем подозрительнее. Нет, не надо.

ЛОРД ФЕРС.

Ну и варитесь в собственном соку.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Все лучше, чем вариться в вашем.

ЛОРД ФЕРС

(примирительно). Дорогой мой Эндру, чего вы боитесь? Я совершенно бессилен. Ваш правительственный контроль держит меня за горло.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Вот это и делает вас особенно опасным.

ЛОРД ФЕРС

(с коротким смешком откидывает назад голову). Да. Пожалуй, вы правы. Пожалуй, я чуть-чуть опасен.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Я это отлично знаю. Пусть правительство контролирует промышленность, но вы, монополисты, остаетесь ее номинальными хозяевами и вы способны на все, чтобы избавиться от контроля.

ЛОРД ФЕРС.

Да, это верно, но тут вы сами виноваты. Надо было национализировать нас восемьдесят лет назад. И теперь мы бы вам больше не мешали. Я никогда не мог понять, о чем вы тогда думали, почему не разделались с нами окончательно. Вы решили нас "контролировать". Хо-хо! Вы думали, что вы контролируете нас. А на самом деле это мы вас шестьдесят лет контролировали, Эндру. Ведь мы просто-напросто саботировали производство, чтобы вы не могли заплатить американские долги. А вот теперь мы явились получать по счету.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(наливает себе вина). Но вы еще не получили.

ЛОРД ФЕРС

(берет графин.) Получим. (Видит, что графин пуст.) Где ваша последняя бутылка, Эндру?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Вы твердо обещаете прислать мне ящик марсалы?

ЛОРД ФЕРС. О, да.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(кричит). Джинни! Джинни!

ДЖИННИ

(входит, вытирая полотенцем блюдце). В чем дело?

ЛОРД ФЕРС

(встает). Ах! Прелестнейшая мисс Стюарт!

ДЖИННИ.

Любезнейший лорд Ферс! Сидите, сидите!

ЛОРД ФЕРС

(кланяясь). Благодарю. Можно вас поздравить по поводу вашей помолвки с американским послом, мисс Стюарт?

ДЖИННИ.

Нет, нельзя.

ЛОРД ФЕРС.

Ах, простите. Меня неправильно информировали.

ДЖИННИ.

Очевидно. А вообще, что вы здесь делаете?

ЛОРД ФЕРС.

Зачем же так грубо, мисс Стюарт?

ДЖИННИ.

Прошу простить, лорд Ферс.

ЛОРД ФЕРС.

Низкое происхождение не оправдывает дурных манер.

ДЖИННИ

(Премьер-министру). Чего ему надо?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Лорд Ферс только что сообщил мне, что намерен получить по счету, захватить власть и выгнать меня вон.

ЛОРД ФЕРС.

Не преувеличивайте, Эндру. Я только сказал, что власть перейдет к нам, когда правительство Соединенных Штатов заплатит Дюфеллеру английские долги.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Правительство Соединенных Штатов не заплатит Дюфеллеру английских долгов.

ЛОРД ФЕРС.

Почему?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Могу вам сказать, почему. Президент Соединенных Штатов не принимает королевского рескрипта. Он его возвращает мне.

ЛОРД ФЕРС

(выпрямляясь). Шутите!

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Ничуть.

ЛОРД ФЕРС

(сразу оживившись). Когда он его возвращает?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Завтра. Но не затевайте никаких интриг, Ферс. Я еще не пал.

ЛОРД ФЕРС.

Это мы посмотрим. Дюфеллер знает о возвращении рескрипта?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Думаю, что нет.

ЛОРД ФЕРС.

Когда это выяснилось?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Сегодня.

ЛОРД ФЕРС.

И Дюфеллеру ничего не известно?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(с раздражением). Не знаю. Но думаю, что нет.

ЛОРД ФЕРС.

Эндру! Этого случая мы ждали много лет. Выслушайте меня.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Нет.

ЛОРД ФЕРС.

Говорю вам, мы теперь заставим Дюфеллера плясать под нашу дудку.

ДЖИННИ.

Под вашу дудку.

ЛОРД ФЕРС.

Мисс Стюарт, будьте любезны, принесите сюда последнюю бутылку марсалы из запасов премьер-министра.

ДЖИННИ.

Как же, дожидайтесь.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Принесите, Джинни.

ДЖИННИ.

А где она?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Под моим цилиндром. (Джинни выходит.)

ЛОРД ФЕРС.

Вот что, Эндру. От нас зависит устроить так, чтобы Дюфеллер проиграл игру.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Вы с Дюфеллером партнеры в этой игре.

ЛОРД ФЕРС.

На этот раз нет. Слушайте. Я возьму долг на себя и рассчитаюсь с Дюфеллером при условии, что вы восстановите привилегии промышленников, снимете контроль и отмените ограничения.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(повышая голос). А больше ничего?

ЛОРД ФЕРС.

Ну, вам еще, конечно, придется умиротворить население. Населению, вероятно, не понравится, что долговые обязательства перешли в мои руки. Но вы можете разъяснить, что создалось безвыходное положение. Что Америка угрожала нам. Это кризис, Эндру, тот кризис, которого я ждал долгие годы, и главное – суметь воспользоваться им. Подробности мы с вами разработаем вместе – у нас еще целый день впереди.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Кстати, мне пока что не ясна одна подробность.

ЛОРД ФЕРС

(нетерпеливо). Какая?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Чем вы будете платить Дюфеллеру?

ЛОРД ФЕРС.

А я ему вовсе не буду платить. С меня Дюфеллер никаких долгов взыскивать не может. Это пункт картельного соглашения.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Не люблю картельных соглашений.

ЛОРД ФЕРС.

Не надо. Назовите это финансовым соглашением, торговым соглашением, соглашением монополистов.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

А мне какая выгода от этого соглашения? Вместо Дюфеллера меня будете душить вы – и только.

ЛОРД ФЕРС.

Но вы можете остаться премьер-министром.

ДЖИННИ

(входит с бутылкой). Это каким же образом?

ЛОРД ФЕРС.

Ах, мисс Стюарт! Вы откупорили бутылку?

ДЖИННИ.

Нет. (Премьер-министру.) Что он вам тут нашептывал?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Откупорьте бутылку, Джинни.

ДЖИННИ

Не нравится мне все это. Какое вы тут жульничество обстряпали?

ЛОРД ФЕРС.

Придержите свой язык, мисс Стюарт.

ДЖИННИ.

Поберегите свои глаза, лорд Ферс. (Она ударом вышибла пробку из бутылки.)

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Идите, Джинни, кончайте мыть посуду.

ДЖИННИ.

Не пойду.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Не бойтесь. Меня не так легко обвести вокруг пальца.

ДЖИННИ.

Зато очень легко водить за нос. (Выходит.)

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Кажется, она права.

ЛОРД ФЕРС.

Итак, вы передаете долг мне.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Зачем?

ЛОРД ФЕРС.

Чтобы мы могли побить Дюфеллера.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Чтоб вы могли побить Дюфеллера.

ЛОРД ФЕРС.

Но ведь у вас нет другого выхода.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(потирая подбородок). Возможно, что и нет.

ЛОРД ФЕРС

(хлопнув его по коленке). Значит, решено. Выпьем за успех, Эндру.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Ничего не решено.

ЛОРД ФЕРС.

Но, бог мой, ведь это случай, который может представиться раз в жизни. О чем вы еще раздумываете?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

О том, что вы мне только что говорили, Ферс: что монополисты выступают единым фронтом против посторонних.

ЛОРД ФЕРС.

Но вы ведь уже не посторонний. Вы теперь становитесь одним из нас.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Я это понимаю. И английский народ тоже это поймет. И английский народ потребует мою голову, Ферс, – и он ее получит.

ЛОРД ФЕРС

(сердито). Головы вам все равно не сносить.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Увидим.

ЛОРД ФЕРС.

Значит, вы отказываетесь от моего предложения, Эндру?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Более или менее.

Ферс берет свой бокал, чтобы допить, и в эту самую минуту раздается стук в дверь.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(кричит). Джинни, посмотрите, кто там!

Джинни идет открывать дверь. Входит молодая женщина, одетая в черное с белым, и подает Джинни руку, которую та охотно пожимает. Женщина очень молода, в ней даже есть еще что-то детское, но держится она уверенно и спокойно. У нее короткие волосы, она брюнетка и, само собой разумеется, красива. Это – советский посол, ей девятнадцать лет, она мать двух детей и владеет семью языками. По-английски она говорит безукоризненно.

СОВЕТСКИЙ ПОСОЛ.

Надеюсь, я не помешала?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(вставая). Александра! Пожалуйте, пожалуйте!

АЛЕКСАНДРА

(увидя Ферса, останавливается). Простите. Я могу зайти в другой раз.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Нет, нет. Ферс как раз собирался уходить. (Ведет Александру к креслу.) Знакомьтесь, это лорд Ферс. Ферс, это советский посол.

ЛОРД ФЕРС

(встает и кланяется с обворожительной улыбкой). Счастлив познакомиться.

АЛЕКСАНДРА.

Я тоже очень рада.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Джинни, приготовьте чаю.

Джинни, которая пододвигала себе кресло, останавливается на полдороге.

ДЖИННИ.

Зачем?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Затем, что советский посол охотно выпьет чашку чаю.

Джинни, не зная, что на это возразить, выходит.

ЛОРД ФЕРС.

Я несказанно поражен вашей молодостью и красотой, ваше превосходительство. Я не знал, что ваша страна может создавать такие шедевры.

АЛЕКСАНДРА.

Благодарю вас. Моя страна может создать все, что угодно, сэр, кроме, разве, лорда Ферса.

ЛОРД ФЕРС.

Я тронут и польщен.

АЛЕКСАНДРА.

Мы тоже, ваша милость.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Ферс, вы как будто собирались уходить?

ЛОРД ФЕРС.

Совершенно верно, Эндру, но я не в силах отказаться от общества такой очаровательной молодой леди. Скажите, madame, как это вы, в столь юном возрасте, успели уже обзавестись семьей и в то же время достигнуть стольких разнообразных совершенств?

АЛЕКСАНДРА.

У нас в России рано становятся людьми, лорд Ферс.

ЛОРД ФЕРС.

Вы хотите сказать – рано вступают в брак?

АЛЕКСАНДРА.

Нет, я хочу сказать – рано вступают в жизнь.

ЛОРД ФЕРС.

Я не совсем понимаю ваше превосходительство.

АЛЕКСАНДРА.

Ваш великий писатель Бернард Шоу сказал однажды, что юность – это растрата впустую молодых сил. Мы у себя в стране еще в юности приобщаемся к сознательной жизни и таким образом не растрачиваем наших молодых сил впустую. Мы умеем полностью использовать их.

ЛОРД ФЕРС.

Но это должно быть очень скучно.

АЛЕКСАНДРА.

Вы находите меня скучной, лорд Ферс?

ЛОРД ФЕРС.

Прошу простить, я не предполагал касаться личностей. Я просто хотел сказать, что для молодежи должно быть не слишком интересно так рано приобщаться к сознательной жизни.

АЛЕКСАНДРА.

По-вашему, моя работа не интересна?

ЛОРД ФЕРС.

Но ведь вы, вероятно, исключение.

АЛЕКСАНДРА.

Да, пожалуй, я исключение. В моей работе отсутствует элемент созидания, и потому она в самом деле скучновата. Я часто завидую своим друзьям, которые там, дома, заняты действительно интересными делами.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(смеясь над Ферсом, который явно несколько сбит с толку). Ферсу больше по душе доброе старое время.

ЛОРД ФЕРС.

Да, должен сказать, я с удовольствием вспоминаю свою юность. Она прошла немного беспутно, но очень весело.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

А пока вы беспутничали, несколько миллионов юношей, в том числе и я, гнули спину на ваших фабриках, и это было совсем не так весело.

ЛОРД ФЕРС.

Родовая привилегия, Эндру, ничего не поделаешь.

АЛЕКСАНДРА.

Мы у себя отменили родовые привилегии, лорд Ферс.

ЛОРД ФЕРС.

Это тоже, должно быть, скучно, ваше превосходительство. Высокородная знать – необходимый элемент в составе нации. Жалок был бы английский народ, если б он весь состоял из неуклюжих пролетариев с дурными манерами.

АЛЕКСАНДРА.

Манеры зависят от жизненного уровня.

ЛОРД ФЕРС.

Нет, от воспитания.

АЛЕКСАНДРА.

Разве у меня дурные манеры, лорд Ферс?

ЛОРД ФЕРС.

Превосходные, что даже удивительно для вашего поколения.

АЛЕКСАНДРА.

Мой дед был крестьянином.

ЛОРД ФЕРС.

Значит, вас специально обучали хорошим манерам.

АЛЕКСАНДРА.

Нас всех этому обучают. В России высокий жизненный уровень, и у нас остается достаточно досуга, который мы можем посвящать обучению хорошим манерам – точно так же, как это было с вами, лорд Ферс.

ЛОРД ФЕРС.

Я родился с хорошими манерами.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Кто, вы? Да вы самый невоспитанный грубиян во всей Англии.

Александра смеется звонким, по-настоящему юным смехом.

ЛОРД ФЕРС.

Вы сегодня явно настроены против меня, Эндру, так что мне, пожалуй, действительно лучше удалиться. (Встает и пожимает руку Александре.) Клянусь, мне редко приходилось встречать столь очаровательную и одаренную молодую женщину; но если вы здесь с деловой целью, я считаю своим долгом предупредить вас: остерегайтесь этого старого интригана.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Ферс, вот ваша шляпа.

ЛОРД ФЕРС

(надевает шляпу и идет к двери, провожаемый премьер-министром). Эндру, у вас еще есть время обдумать мой план. Если вы откажетесь, я вас уничтожу.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Не забудьте прислать мне ящик марсалы. (Ферс уходит.)

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(возвращаясь на свое место). Как ваши детки, Александра?

АЛЕКСАНДРА.

Они здоровы. А почему вы о них спрашиваете?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Старомодная привычка, простите.

АЛЕКСАНДРА.

Простите меня за этот визит без предупреждения.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Визиты с предупреждением – тоже старомодная привычка.

АЛЕКСАНДРА.

Я поспешила к вам, как только получила радиограмму из Москвы.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Какую радиограмму?

АЛЕКСАНДРА.

По поводу вашего королевского рескрипта.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Значит, вам о нем известно?

АЛЕКСАНДРА.

Ну, разумеется.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Чудеса, да и только.

АЛЕКСАНДРА.

Это все правда?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Да. Но прежде чем продолжать разговор, я хочу сказать вам, что правительство Соединенных Штатов отклонило этот рескрипт. Завтра в полночь он будет мне возвращен.

АЛЕКСАНДРА.

Да что вы! Как хорошо!

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Не вижу ничего хорошего. Дюфеллеру-то мне платить надо.

АЛЕКСАНДРА.

Зато вы не утратили свою национальную независимость. Вы не сделались Сорок девятым штатом.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(настойчиво). Дюфеллеру-то мне платить надо.

АЛЕКСАНДРА.

Тем лучше для нашего плана.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Ах, и у вас тоже план?

АЛЕКСАНДРА.

Да. И очень простой. Он...

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(перебивая). Одну минутку, Александра. Я хотел бы знать, насколько вы искренни.

АЛЕКСАНДРА

(озадаченно). Ну... насколько это возможно для дипломата.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Значит, не очень. (Устало.) Ох, ну ладно, говорите. Рискну.

АЛЕКСАНДРА.

Советское правительство предлагает взять на себя покрытие долга английского правительства Национальному банку Мильвоки. Мы внесем Дюфеллеру всю необходимую сумму наличными деньгами. Мы урегулируем вопрос о ваших государственных кредитах; мы выплатим полностью сумму, равную капиталам страховых обществ, фондам Английского банка и общему количеству звонкой монеты королевства. Мы возместим ему стоимость трех миллиардов человеко-часов. Мы даже изготовим драгоценности Короны в точном соответствии с настоящими по стоимости и по внешнему виду.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

О!

АЛЕКСАНДРА.

Только вы должны сейчас же дать мне ответ, потому что на изготовление драгоценностей Короны понадобится хотя бы один день.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(переводя дыхание). Ух!

АЛЕКСАНДРА.

Итак, что вы скажете, господин премьер-министр?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(после небольшой паузы). План поистине замечательный. Но что потребует от нас Советский Союз за эту услугу, за эту неслыханную щедрость?

АЛЕКСАНДРА.

Ничего.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(недоверчиво). Ничего?

АЛЕКСАНДРА.

Ничего.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Но какая же вам выгода от этого?

АЛЕКСАНДРА.

Мы заинтересованы в том, чтобы Англия была свободной и независимой. Свободной от Дюфеллера и независимой от Соединенных Штатов.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

И за это вы готовы заплатить подобную цену?

АЛЕКСАНДРА.

Да.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Хитро. Хитрее не придумаешь.

АЛЕКСАНДРА.

Что же тут хитрого?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(встает и принимается в волнении расхаживать по комнате). Сам не знаю. Но хитро. Очень хитро.

АЛЕКСАНДРА.

Самый простой план.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Вот в этом-то и хитрость.

АЛЕКСАНДРА.

Англия восемьдесят лет терпела владычество Америки в Европе. Теперь с этим ненормальным положением будет покончено. Только и всего.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Да? Нет, ничего из этого не выйдет.

АЛЕКСАНДРА.

Почему?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Потому что Дюфеллер откажется принимать платежи от Советского Союза. Ему не нужны деньги, ему не нужен труд, ему не нужна реальная ценность бриллиантов Короны.

АЛЕКСАНДРА.

Так что же ему нужно?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

Британская империя.

АЛЕКСАНДРА.

(нетерпеливо). Ну-у!

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Вам это может быть непонятно, Александра, но это так. Ему нужны мы; наше государство, наш суверенитет, наше право на существование. Это – давнее соперничество. Оно началось в те времена, когда колонисты сбросили владычество Георга III, чтобы свободно конкурировать с Англией на мировых рынках. В сущности, американская революция никогда не кончалась, потому что американские дюфеллеры никогда не унимались в своих стремлениях перехитрить и переторговать Англию. Только наше полное разорение или полное подпадение под их контроль успокоит их. Они шли на все в борьбе; они обвиняли нас в противозаконных действиях, они вопили на весь мир о наших собственнических инстинктах, о жадности, с которой мы цепляемся за свое. Они завидовали нам и ругали нас, подражали нам и издевались над нами; но сильнее всего они нас ненавидели и жаждали завладеть нами. Ну вот, теперь Дюфеллер одержал победу и довел американскую революцию до конца.

АЛЕКСАНДРА.

Вы признаете себя побежденным?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Нет.

АЛЕКСАНДРА.

Какой же выход?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Не знаю.

АЛЕКСАНДРА.

Право, принимайте наш план.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Я ведь вам сказал, что Дюфеллер не согласится вести расчеты с Советским Союзом. И потом ваш план слишком хитер. Я ему не доверяю.

АЛЕКСАНДРА

(негодующе). Господин премьер-министр!

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Тогда скажите мне, что за ним кроется.

АЛЕКСАНДРА.

Наше желание вновь увидеть независимую Англию.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Такую Англию, с которой можно будет справиться?

АЛЕКСАНДРА.

Такую Англию, с которой можно будет сговориться.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(качая головой). Нет, ваше превосходительство. Нет, это для нас не выход, и плану вашему я не доверяю.

АЛЕКСАНДРА

(вставая). Мы будем только рады, если вы сами найдете выход, господин премьер-министр. Всегда лучше, чтобы нация сама решала свои проблемы. Но все-таки мы сейчас же займемся изготовлением драгоценностей Короны и составлением необходимых документов, на случай если вы, в конце концов, пожелаете воспользоваться нашим планом. (Идет к двери.)

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(кланяется). Спасибо! (Провожая ее.) До свиданья, Александра. Поцелуйте ваших деток.

АЛЕКСАНДРА.

Зачем?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Так, – старомодный обычай.

Премьер-министр затворяет дверь и прохаживается по комнате медленным шагом усталого старого человека. Из средней двери выходит Джинни с большим подносом, уставленным чашками. Она останавливается, видя пустую комнату, и удивленно спрашивает.

ДЖИННИ.

Куда ж они девались?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Где вы пропадали столько времени?

ДЖИННИ.

Ходила занимать чай для заварки. Куда они девались?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Ушли. Поставьте поднос на стол.

ДЖИННИ.

Я бы его охотно вам на голову поставила. Столько провозилась, и зря. Почему они ушли?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(продолжая шагать по комнате). Потому что сказали мне все, что хотели сказать.

ДЖИННИ.

Что же они такое вам сказали? (Ставит поднос на стол.)

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Не ваше дело, молодая леди.

ДЖИННИ.

Ага, уже затеяли какие-то плутни.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(останавливаясь). Я не потерплю подобной дерзости.

ДЖИННИ.

Ничего, потерпите. Чего хотел Ферс?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

А вам очень хочется узнать?

ДЖИННИ.

Смотрите, если вы столковались с Ферсом, тем хуже для вас.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Я ни с кем не столковывался (ехидно) ...пока.

ДЖИННИ.

Что вам предлагал Ферс?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(указывая на поднос). Налейте-ка мне чайку.

ДЖИННИ.

Я вижу, вы что-то задумали. Задаетесь очень.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Я не задаюсь, девочка. Я просто устал и расстроен. Не трогайте меня.

ДЖИННИ.

Это разговор с советским послом вас так расстроил?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Вы не представляете, что эта женщина сказала.

ДЖИННИ.

А что? Что ей нужно?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(взяв чашку и усаживаясь за письменный стол). Ей нужна свободная и независимая Англия.

ДЖИННИ.

Она специально приходила сообщить вам об этом?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Да.

ДЖИННИ

(вкрадчиво). Должно быть и Ферсу того же нужно.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Нет. Ферсу нужен свободный и независимый Ферс.

ДЖИННИ.

Опять он вас тут охмурял!

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

А чего же еще ждать от Ферса?

ДЖИННИ.

И вы поддались?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(презрительно). Конечно, нет.

ДЖИННИ.

Вы не согласитесь на его предложения? Никогда не согласитесь?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Не приставайте ко мне, девочка. Я устал.

ДЖИННИ

(со вздохом усаживаясь в кресло). Как хотите. Просто я думала, может быть, вам будет легче, если вы расскажете мне, в чем дело.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(очень устало). Ни в чем.

ДЖИННИ.

Простите. Я вижу, вы очень расстроены.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(уронив голову). Стар я становлюсь.

ДЖИННИ.

Вам что-нибудь принести?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Нет, ничего не нужно. Спасибо. (Он совсем поникает в кресле.)

ДЖИННИ

(становится на колени, чтоб снять с него ботинки). Все этот чорт, Ферс. Вы всегда такой после разговора с ним. Он слишком хитер, слишком опасен.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Он не так хитер, как сам думает.

ДЖИННИ.

Но все-таки он опасен.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР.

Не очень. Сегодня он был уверен, что сумел обойти меня.

ДЖИННИ

(озабоченно). Смотрите, вы с ним поосторожнее.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(полусонно). Не бойтесь. Его раскусить нетрудно. Если он предлагает помочь вам, значит, хочет вас потопить. Все очень просто.

ДЖИННИ.

А он предлагал помочь вам?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(сонно). Да, Джинни. Да.

ДЖИННИ.

Чем же этот прохвост вас соблазнял?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(клюет носом). Предлагал расплатиться с Дюфеллером, если я сниму контроль с промышленности.

ДЖИННИ

(вскакивает и кричит, не помня себя). И вы думаете согласиться? Вы смеете об этом думать?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(проснувшись от ее крика). Я вам уже сказал, что это не ваше дело. Вы хуже Ферса. Вы хуже их всех: только и знаете, что мучить меня и не давать мне покоя. Сам не знаю, зачем я терплю все это.

ДЖИННИ

(вызывающе). Хотите, чтоб я ушла?

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР

(встав, бредет в ванную, но на пороге оглядывается). Да! Приготовьте мне постель и уходите.

Джинни стелет постель, затем берет свою шляпу и пальто и устремляется к двери, но в это время Премьер-министр высовывает из ванной голову.

И завтра, пожалуйста, не опаздывайте.

Джинни сердито нахлобучивает шляпу на голову, в то время как опускается занавес.


Ссылки на остальные части:
Анонс
Интермедия первая
Интермедия вторая
Интермедия третья
Интермедия четвертая
Интермедия пятая 1/2
Интермедия пятая 2/2
Предисловие Я. Викторова, выходные данные