miram

* * *

Бронзовый лев отдыхает в тени под нависшей скалой.
На валунах, раскаленных на солнце, вскипает волна.
Круглый зрачок золотистый как будто присыпан золой,
Шкура в зеленых потеках, холеная грива темна.

Прежде он чинно сидел у каких-то парадных колонн
На постаменте гранитном, заморских посланцев встречал.
После его попытались украсть и продать в металлический лом.
Воры о нем будут долго еще вспоминать по ночам.

Здесь, в этой бухте забытой, на древней приморской земле
Мы поселились вдвоем. Наблюдаем течение вод,
Видим свечение звезд, зеленух запекаем в золе,
И истечение времени за душу нас не берет.

Не замечаем часов и покой философский храним.
Ночью, за день разогревшись на солнце, дыша горячо,
Бронзовый лев окунается в темную воду, и с ним
Море играет, тихонько ворча и толкая в плечо.

Волны морские мерцают, холодный уносится свет
В небо со скоростью света. Над нами безмолвно парит
Время, пространство, усеянный звездами черный хребет
Вечности. "Все относительно", - бронзовый лев говорит.

Так и живем мы у моря, и нам здесь не скучно одним.
Он наблюдает созвездия, я подбираю строку.
Я бы, признаться, хотел, чтобы ты познакомилась с ним -
Он благороден и многое видел на долгом веку.

Мы бы сидели втроем вечерами у темных камней,
Плавник подсохший бросая в огонь, придвигаясь к костру.
Мы не из бронзы с тобою, и времени ветер сильней
Нас продувает ночами, и холодно нам на ветру.

Бронзовый лев задремал бы, прядая ушами во сне,
Нас охраняя от рядом толпящихся древних теней.
Может быть, ты бы, озябнув, придвинулась ближе ко мне.
Может, мы стали бы ближе, а значит, друг другу нужней.

Ладно, оставим. Не будем касаться заказанных тем.
Ты далеко, и не скоро придется увидеться нам.
Лучше поправлю костер и письмо допишу, а затем
Брошу в бутыль, закупорю и завтра пущу по волнам.

Утро над морем так ясно, что тихо звенит голова.
Ветер нежаркий чуть дышит. Залива парадный наряд
Солнечным люрексом вышит. На солнце у сонного льва
В бронзовой гриве зеленой соленые брызги горят.